November 25th, 2002

oita

(no subject)

Это оказалось совсем просто.
Пришли в раввинат, попали на прием к веселому рыжему раввину.
Муж напомнил ему суть дела, раввин заговорил на идиш. Я мило улыбалась, пока не почувствовала, что речь обо мне - слова "момэ"(мама) и "ингеле"(мальчик) где-то в памяти сидели. Заданный мне вопрос я решила понять как: "Ты ли мама того милого мальчика, что готовится к бар-мицве?", и радостно ответила что я "идише мамэ"!
Потом рав о чем-то спросил моего мужа, там тоже присутсвовало слово "мама", но было еще и слово "твоя". Муж решил, что его спросили где его мама, и уверенно заявил, что дома. Оказалось, рава интересовало как мою свекровь зовут.
Потом рав все же перешел на иврит, мы поискали общих знакомых, и обнаружили, что дальний дядя Янкель со стороны жены брата моей мамы сидит с раввином на одной скамейке в синагоге. Вопрос немедленно решился.
В общем, повеселились, закончилось дело написанием записки другому раввину, что нашего мальчика готовить к бар-мицве можно.
А я-то думала, мне выдадут бумагу, что я кашерная еврейка...